Яков Беркович Зельдович (рис. 1) родился 20 июля 1869 г. в городе Новогрудинке Минской губернии. Среднее образование начал получать в Минске, а окончил в Ларинской гимназии Санкт-Петербурга в 1888 г. В том же году Я. Б. Зельдович поступил на медицинский факультет Московского университета, который окончил в 1893 г. в звании лекаря [1].
После окончания университета некоторое время работал в Мясницкой больнице Москвы, а в 1894 г. он переехал в Санкт-Петербург, где устроился врачом-экстерном в хирургическое отделение Обуховской больницы. Продолжая там трудиться с такими профессорами, как А. А. Кадьян и И. И. Греков, в 1895 г. Яков Беркович выдержал экзамены на степень доктора медицины при Военно-медицинской академии, а в 1896 г. защитил диссертацию на степень доктора медицины на тему «Патолого-анатомические изменения в почках у детей при врожденном сифилисе». Эта работа была выполнена в патолого-анатомической лаборатории Военно-медицинской академии у профессора Виноградова.
С 1901 г. Яков Беркович работает при кафедре нормальной анатомии Петербургского женского медицинского института у профессора В. Н. Тонкова, а в 1904 г. в связи с началом Русско-японской войны Яков Борисович был призван на военную службу и командирован в Манчжурию старшим ординатором военно-полевого госпиталя. За время пребывания на войне им были написаны две работы о ранениях, наносимых японскими снарядами. В этих трудах на основании собственного материала дана сравнительная оценка тяжести различных ранений, а также различных хирургических вмешательств при них.
После возвращения из Харбина Я. Б. Зельдович в 1906 г. устраивается старшим прозектором кафедры нормальной анатомии Женского медицинского института и продолжает работать в хирургическом отделении Обуховской больницы. В период Русско-германской войны 1914–1918 гг., не оставляя своей работы в Женском медицинском институте, заведовал одним из наиболее крупных лазаретов в Петрограде и одновременно состоял консультантом нескольких других лазаретов. В 1922 г. Я. Б. Зельдович возглавил кафедру нормальной анатомии в Государственном институте медицинских знаний, где проработал практически до конца своей жизни. 15 мая 1949 г. Яков Беркович скончался.
Научная деятельность Якова Берковича крайне разносторонняя и по настоящее время представляет огромный клинический и теоретический интерес. В работе «Случай strumae accessoriae basis linguae и развитие миксидемы после удаления ее» описано пятое в мировой литературе клиническое наблюдение зоба на корне языка и первое в мире наблюдение развития микседемы после удаления такого добавочного зоба. В труде «К патологии molluscum contagiosum» доказана заразительность этого заболевания и дана его микроскопическая картина. Публикация «Об обезболивании впрыскиванием обезболивающих жидкостей в спинно-мозговой канал» была одной из первых, описывающих способ введения анестезирующих и лекарственных веществ в спинномозговой канал. Я. Б. Зельдович первым в России применил метод исследования рентгеновскими лучами анатомических явлений, это отображено в труде «О суставах прибавочных пальцев руки», и один из первых в России успешно провел лечение сужений пищевода электролизом, что описано в научной публикации «О лечении рубцовых сужений пищевода».
Для врачей-урологов наибольшую ценность представляет монография «О внутрибрюшинных разрывах мочевого пузыря» (рис. 2), изданная в 1903 г. [2].
В тот период времени Яков Беркович трудился в хирургическом отделении Обуховской больницы – ныне здание кафедры и клиники военно-морской терапии Военно-медицинской академии, а изложенные материалы основаны в том числе и на клинических наблюдениях, собранных в стенах этого лечебного учреждения. С учетом крайне высокой летальности пациентов с повреждениями мочевого пузыря ценность научного труда была крайне высокой.
В монографии приводится обзор литературных сведений о частоте, предрасполагающих факторах, механизме и клинической картине разрывов мочевого пузыря. Раздел, посвященный диагностике внутрибрюшинных повреждений пузыря, сохранил актуальность и в наши дни. Так, один из предложенных распознавательных приемов ввиду его доступности продолжает применяться в клинической практике и носит имя Я. Б. Зельдовича. Ниже приведена выдержка из монографии, в которой описана методика диагностики разрывов мочевого пузыря.
«...Трудность распознаванiя внутрибрюшинныхъ разрывовъ мочевого пузыря вызвала предложенiе некоторых искусственныхъ распознавательныхъ прiемов, из которыхъ укажу на 2, наиболее одобрявшiеся. 1-й – это ввести въ пузырь жидкость и по обратному вытекаемому количеству ея судить, что целостность пузыря не нарушена, если обратно вытекаетъ вся жидкость, и, наоборот, что она чрезъ разорванный пузырь ушла въ брюшную полость, если обратно не вытекаетъ ея совсем или лишь часть ея…».
Современная интерпретация пробы Зельдовича может быть представлена следующим образом. Отрицательная проба – объем жидкости, введенной в мочевой пузырь, соответствует объему выпущенной жидкости. Для этого в мочевой пузырь следует установить уретральный катетер (Фоллея 16–20 Ch), опорожнить пузырь и с помощью шприца Жане ввести примерно 300 мл физиологического раствора натрия хлорида (рис. 3а). Такой объем вводимой жидкости обусловлен необходимостью тугого заполнения мочевого пузыря для полного расправления его стенок. Затем мочевой пузырь опорожняют либо путем активной аспирации, либо пассивным оттоком. Объем выпущенной жидкости, соответствующий 300 мл, говорит в пользу целостности стенок мочевого пузыря (рис. 3б).
Положительная проба – объем жидкости, введенной в мочевой пузырь, не соответствует объему выпущенной жидкости. Так же как и описано выше, после предварительной катетеризации туго наполняют мочевой пузырь (рис. 4а). Значимо меньший объем выпущенной жидкости или ее отсутствие говорит о наличии внутрибрюшинного разрыва мочевого пузыря (рис. 4б). Следует заметить, что имеются некоторые недостатки этого приема. Интерпретация результатов может быть ошибочной в случае прикрытия внутрибрюшинной перфорации стенки мочевого пузыря частью сальника или кишкой – объем выпускаемой жидкости будет соответствовать вводимому. Большие объемы мочи (превышающие в несколько раз нормальную емкость мочевого пузыря), полученные при катетеризации, также должны наталкивать на мысль о внутрибрюшинном разрыве органа.
В монографии описано еще два диагностических приема, но они оказались менее популярными и на сегодняшний день не используются. Первый – ригидный уретральный катетер вводят в брюшную полость через разрыв мочевого пузыря, и прощупывание его дистального кончика на передней брюшной стенке свидетельствует о внутрибрюшинном разрыве. Несомненно вышеуказанный способ сам по себе инвазивный, травматичный и может, наоборот, способствовать формированию перфорации в мочевом пузыре. Методику второго диагностического приема Я. Б. Зельдович доложил еще в октябре 1902 г. на заседании Русского хирургического общества Пирогова. Суть его заключается в следующем – при разрыве пузыря к излившейся моче примешивается экссудат, образовавшийся вследствие раздражения брюшины. Выявление большого количества белка по результатам биохимического анализа в выпущенной моче следует трактовать в пользу внутрибрюшинного повреждения стенки мочевого пузыря.
Полноценных сведений о чувствительности и специфичности теста Зельдовича в литературе не встречается. Имеются лишь единичные публикации о частоте его применения в некоторых военных конфликтах. Так, по данным профессора Е. С. Шпилени, в Афганистане проба Зельдовича исполнялась у 12,0% раненых с подозрением на разрыв мочевого пузыря, в Первую чеченскую кампанию у 25,0%, во время боевых действий федеральных войск на Северном Кавказе у 35,7% пострадавших [3].
Повсеместное оснащение лечебных учреждений ультразвуковой аппаратурой, рентгенологическими установками, компьютерными и магнитно-резонансными томографами позволяет верифицировать повреждения мочевого пузыря точно и в короткие сроки. Тем не менее описанная более 120 лет назад проба Зельдовича не утратила своей актуальности и в наши дни. Ввиду своей простоты выполнения она может быть успешно использована в современных военных конфликтах в сложных условиях и при отсутствии материально-технического обеспечения медицинским оборудованием.
