ISSN 2075-3594 (Print)
ISSN 2414-9322 (Online)

Терапия дислипидемии с применением инклисирана в серии случаев пациентов после трансплантации почки и печени

Кордонова О.О., Губарев К.К., Фролова Н.Ф., Светлакова Д.С., Восканян С.Э., Артюхина Л.Ю.

1) ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА, Москва, Россия; 2) ГБУЗ ГКБ № 52 ДЗМ, Москва, Россия; 3) ФГБОУ ВО «Российский университет медицины» Минздрава России, Москва, Россия
Актуальность. Гиперлипидемия – один из главных факторов развития атеросклеротических сердечно-сосудистых заболеваний, ведущих к гибели пациентов в отдаленном периоде после трансплантации почки или печени. Цель: оценить эффективность и безопасность применения препарата инклисиран у пациентов с трансплантированной почкой или печенью. Материал и методы. Проведено пилотное многоцентровое наблюдательное неконтролируемое исследование применения препарата инклисиран у 11 пациентов после трансплантации почки или печени. Препарат вводился подкожно в 1-й и 90-й дни. Эффективность оценивалась на основании снижения уровня липопротеидов низкой плотности (ЛПНП) и достижения уровня ЛПНП<1,4 ммоль/л в крови. Также изучалась динамика изменений триглицеридов (ТГ) и липопротеидов высокой плотности (ЛПВП) в крови. Безопасность оценивалась на основании жалоб, данных общего осмотра и места инъекции, уровней аланинаминотрансферазы, аспартатаминотрансферазы, скорости клубочковой фильтрации, концентрации иммуносупрессивных препаратов в крови, частоты внеплановых обращений пациентов, связанных с острым нарушением функции трансплантированного органа. Биохимические показатели оценивались перед первым введением – 0 день (за один день до 1-й инъекции – 1-я точка), а также через 30 дней после 1-й инъекции (2-я точка), перед 2-й инъекцией (90-й день после 1-й инъекции – 3-я точка) и через 1 месяц после 2-й инъекции препарата (4 месяца после 1-й инъекции – 4-я точка). Критерии эффективности и безопасности определялись во 2–4-й точках. Результаты. Мы отметили статистически значимое снижение уровня ЛПНП (разница средних 4–1-й точек – 2,4 ммоль/л (95% ДИ: 1,7–3,2; р<0,001). Динамика уровней ЛПВП и ТГ была статистически незначимой (р=0,828 и р=0,248 соответственно). Четыре пациента получали монотерапию инклисираном и 7 – комбинированную (статины+эзетимиб+инклисиран). Вид терапии был статистически значимо связан с темпом снижения уровня ЛПНП (р<0,001 для взаимодействия факторов времени и терапии), но не уровней ЛПВП и ТГ (р=0,902 и р=0,299 соответственно). Выводы. Двукратное применение препарата инклисиран в исследуемой группе пациентов показало эффективность в снижении среднего уровня ЛПНП на 57,1% во всей группе (n=11), при этом у пациентов, находившихся на монотерапии инклисираном (n=4), – на 45,3% и комбинированной гиполипидемической терапии (n=7) – на 61,4%. Три (18,2%) пациента достигли уровня ЛПНП<1,4 ммоль/л. При этом не было выявлено признаков плохой переносимости препарата.

Ключевые слова

инклисиран
трансплантация почки
трансплантация печени
дислипидемия
профилактика сердечно-сосудистых заболеваний
липидснижающая терапия

Введение

Трансплантация органов является эффективным и радикальным методом лечения терминальной (необратимой) острой или хронической стадии органной дисфункции [1]. Трансплантация почки считается оптимальным методом заместительной почечной терапии из-за многочисленных преимуществ функционирующего почечного трансплантата по сравнению с диализом [2]. Трансплантация печени – это единственный эффективный метод лечения терминальной стадии хронических заболеваний печени, фульминантной печеночной недостаточности, а также злокачественных новообразований печени [3].

Однако трансплантация почки или печени не обеспечивает обратного развития некоторых метаболических нарушений, которые возникают или прогрессируют после трансплантации на фоне постоянного приема иммуносупрессивных препаратов, а зачастую становятся причиной потери трансплантата или смерти пациента.

Одной из ведущих причин смертности в отдаленном периоде после трансплантации сόлидных органов являются сердечно-сосудистые заболевания (ССЗ), вклад которых в заболеваемость и смертность после трансплантации печени растет и достигает 20% [4, 5]. Риск развития ССЗ после трансплантации печени в 3 раза выше, чем в общей популяции [6], и колеблется от 9% через 5 лет до 24% через 10 лет после операции [7]. В отдаленном периоде после трансплантации почки ССЗ являются первой причиной смертности реципиентов [8]. Следует учитывать, что наличие хронической почечной недостаточности 5-й стадии относит пациентов к категории очень высокого сердечно-сосудистого риска, который сохраняется и после трансплантации почки [9–11]. Клиническая картина ССЗ, наблюдаемая после трансплантации почки, во многом аналогична той, которая наблюдается у лиц, не подвергавшихся трансплантации [12]. Заболеваемость инфарктом миокарда составляет 5,6 и 11,1% через 1 и 3 года после трансплантации соответственно. Это примерно в 6 раз выше, чем в общей популяции [13]. Недавние данные Британского реестра почек показали, что годовая смертность, непосредственно связанная с ССЗ после трансплантации почки, снизилась за последние 10 лет [14]. Несмотря на это, ССЗ ответственны за 20–35% смертей после трансплантации почки [14, 15].

Первые результаты Framingham Heart Study, опубликованные в 1957 г., определили гиперхолестеринемию и артериальную гипертензию как факторы риска развития ССЗ [16]. В дальнейшем к традиционным факторам риска ССЗ были добавлены сахарный диабет (СД), курение, ожирение, а к нетрадиционным – снижение скорости клубочковой фильтрации (СКФ)<60 мл/мин/1,73 м2, протеинурия, анемия, гипертрофия левого желудочка [12].

На изменение уровня липидов крови влияют многочисленные факторы: генетическая предрасположенность [17], пищевые привычки, возраст [18]. Значимый вклад в развитие гиперлипидемии у пациентов после трансплантации сόлидных органов обусловлен применением иммуносупрессивных препаратов, которые продемонстрировали фармакодинамические свойства вызывать не только повышение уровня липидов (ХС ЛОНП, ХС ЛНП, ТГ) в крови, но и гипергликемию, артериальную гипертензию и протеинурию  [19]. Так, глюкокортикостероиды (ГКС) увеличивают уровни ЛПНП и ТГ на 50% [20], циклоспорин увеличивает уровень ЛПНП на 12–57%, а ТГ на 9–69% [21], такролимус (Tak) – второй представитель ингибиторов кальциневрина, способен увеличивать уровни ЛПНП на 3–40%, ТГ на 5–44% [22]. Другая группа иммуносупрессивных препаратов, применяемая после трансплантации сόлидных органов, – mTOR-ингибиторы (эверолимус, сиролимус). Они увеличивают уровни ЛПНП на 24–52%, ТГ на 27–96% [22]. Использование препаратов азатиоприна и микофеноловой кислоты не ассоциировано с нарушением липидного обмена.

Гиперхолестеринемия после трансплантации почки выявляется у 80% пациентов [23], после трансплантации печени – у 70% [24], а у 50% пациентов определяется гипертриглицеридемия [25].

В соответствии с клиническими рекомендациями Европейского общества по изучению атеросклероза (EAS) 2019 г. и клиническими рекомендациями «Нарушения липидного обмена», утвержденными Минздравом РФ в 2023 г. [26], решение о тактике лечения нарушений липидного обмена рекомендуется принимать в зависимости от исходного уровня сердечно-сосудистого риска. Пациентов с установленными ранее атеросклеротическими ССЗ, СД, хронической болезнью почек (ХБП) 3–5-й стадий, очень высоким риском по шкале SCORE2 (Systemic Coronary Risk Evaluation) или уровнем ЛПНП>4,9 ммоль/л рекомендовано относить к категории высокого или очень высокого риска фатальных или нефатальных сердечно-сосудистых осложнений. На фоне лечения пациенты должны достигать определенных рекомендованных количественных показателей ЛПНП в зависимости от установленного риска, чем и определяется эффективность применяемой гиполипидемической терапии. Для пациентов высокого сердечно-сосудистого риска целевой уровень ЛПНП составляет <1,8 ммоль/л, очень высокого риска – <1,4 ммоль/л.

Выбор и применение препаратов разных фармакологических групп гиполипидемической терапии параллельно с иммуносупрессивными препаратами сопряжены с риском развития нарушения функции пересаженной почки или печени, а также с появлением иных побочных эффектов, поэтому в схеме терапии таких пациентов особое значение имеют оценка лекарственных взаимодействий и контроль концентрации иммуносупрессивных препаратов. Статины являются группой препаратов первой линии при дислипидемии у реципиентов трансплантата (уровень рекомендаций – IA) [27]. Ингибиторы кальциневрина и ингибиторы mTOR метаболизируются цитохромом CYP3A4, который участвует в метаболизме аторвастатина, ловастатина, симвастатина [28], что ведет к повышению концентрации в крови ингибиторов кальциневрина и ингибиторов mTOR, а также упомянутых выше статинов, следовательно риск серьезных побочных эффектов, в том числе рабдомиолиз, может увеличиваться [29]. При применении ингибиторов кальциневрина, ингибиторов mTOR и эзетимиба повышается концентрация эзетимиба в крови [30, 31]. Препараты групп фибратов и секвестрантов желчных кислот вызывают снижение концентрации ингибиторов кальциневрина, ингибиторов mTOR, MMF и ГКС в плазме крови, поэтому отмечается более высокая частота развития криза отторжения [28, 30, 32].

Жирные кислоты омега-3 в соответствии с современными представлениями являются основным препаратом для снижения уровня ТГ [33], в т.ч. и у пациентов после трансплантации органов, при этом без существенных побочных эффектов, за исключением повышения уровня трансаминаз и риска кровотечений. Описано незначительное влияние омега-3 на концентрацию иммуносупрессивных препаратов, что не повлияло на частоту развития отторжения.

Открытие механизма действия пропротеиновой конвертазы субтилизин-кексина типа 9 (PCSK9) в липидном обмене определило разработку стратегий для ингибирования данного белка (PCSK9-таргетная терапия). Ингибиторы PCSK9 (алирокумаб и эволокумаб) представляют собой моноклональные антитела, направленные против белка PCSK9, который снижает экспрессию рецепторов ЛПНП и тем самым снижает уровни ЛПНП, ТГ, липопротеид(а) [34, 35]. По данным немногочисленных исследований, препараты данной группы показали снижение уровня ЛПНП на 60%, но также было выявлено, что концентрация циклоспорина в плазме уменьшилась на 37%, сиролимуса на 27%, а доля такролимуса увеличилась на 6%, при этом концентрация иммуносупрессивных препаратов находилась в допустимых диапазонах в зависимости от сроков после трансплантации [36]. Наиболее современным подходом к подавлению PCSK9 является РНК-интерференция. Инклисиран – это первый и единственный препарат малой интерферирующей рибонуклеиновой кислоты, селективно действующий на печень, снижающий уровень ЛПНП. После проникновения в гепатоцит инклисиран поступает внутрь эндосом, где формируется депо препарата. Из эндосом он медленно высвобождается обратно в цитоплазму, где его направляющая цепь связывается с РНК-индуцируемым комплексом выключения гена (RISC – рибонуклеопротеиновый комплекс, служащий матрицей для распознавания комплементарной мРНК-мишени, активации РНКазы и расщепления мРНК-мишени) [37, 38]. В ходе ранних этапов разработки был продемонстрирован уникальный эффект молекулы в долгосрочном удержании низких уровней ЛПНП и PCSK9.

В группе клинических исследований III фазы ORION-9, -10, -11 было установлено, что применение инклисирана приводит к снижению уровня ЛПНП на 50–58% как в краткосрочной, так и в долгосрочной перспективе [39, 40]. Профиль безопасности инклисирана был сопоставим с плацебо, не было получено данных о возникновении серьезных нежелательных явлений в ходе лечения. При этом инклисиран не является субстратом, ингибитором или индуктором ферментов CYP450 или распространенных белков-переносчиков лекарственных средств, поэтому не ожидается клинически значимых взаимодействий с другими лекарственными препаратами. У пациентов с нарушениями функции почек или печени не требуется коррекция дозы. Инклисиран может применяться у пациентов на гемодиализе. Министерство здравоохранения Российской Федерации в 2022 г. одобрило использование инклисирана для лечения гиперхолестеринемии (гетерозиготной семейной и несемейной) или смешанной дислипидемии, что также нашло отражение в клинических рекомендациях «Нарушения липидного обмена»  [26].

В доступной литературе имеются единичные публикации об опыте применения инклисирана у пациентов после трансплантации сόлидных органов.

Таким образом, представление результатов применения препарата инклисиран у пациентов с трансплантированной почкой или печенью является актуальным.

Цель: оценить эффективность и безопасность применения препарата инклисиран у пациентов с трансплантированной почкой или печенью.

Материал и методы

Проведено пилотное многоцентровое наблюдательное неконтролируемое исследование оценки эффективности и безопасности применения препарата инклисиран у группы пациентов после трансплантации почки или печени с гиперлипидемией.

Для применения препарата инклисиран выбраны 11 пациентов в соответствии с критериями включения и исключения. Критерии включения:

1. Возраст пациентов 18 лет и старше

2. Трансплантация почки и(или) печени в анамнезе по любой причине.

3. Прием иммуносупрессивной терапии.

4. Пациенты с очень высоким риском ССЗ и с гиперлипидемией, требующей дополнительно к диете:

  • назначение статинов и ингибиторов абсорбции холестерина (в соответствии с клиническими рекомендациями «Нарушения липидного обмена» 2023 г. [26]) в максимально допустимых дозах пациентам, не достигшим целевого уровня ЛПНП в крови;
  • монотерапия статинами или ингибиторами абсорбции холестерина у пациентов с непереносимостью или наличием противопоказаний к назначению данных препаратов, не достигших целевого уровня ЛПНП в крови.

5. Пациенты, принимающие стабильную дозу гиполипидемической терапии в течение ≥30 дней до введения первой дозы препарата инклисиран.

6. Подписанное информированное согласие.

Критерии исключения:

1. Пациенты, не желающие или неспособные, по мнению лечащего врача, придерживаться установленного протокола лечения.

2. Лечение препаратами моноклональных антител, направленных против PCSK9, ранее.

3. Текущее состояние пациента, требующее применения экстракорпоральных методик в период применения препарата инклисиран.

4. СКФ<15 мл/мин/1,73 м2 .

5. Сердечная недостаточность IV класса Нью-Йорской кардиологической ассоциации (NYHA).

6. Беременность и грудное вскармливание.

7. Тяжелое сопутствующее несердечно-сосудистое заболевание, которое несет риск сокращения ожидаемой продолжительности жизни менее 2 лет.

8. Отзыв информированного согласия.

16-1.jpg (84 KB)

В клиническом наблюдении участвовали 11 пациентов, 7 (63,6%) женщин и 4 (36,4%) мужчины (табл. 1). Средний возраст составил 46,3±16 (23–74) года. Десяти (90,9%) пациентам ранее выполнена трансплантация почки, 1 (9,1%) – трансплантация печени. Среднее время от даты проведения трансплантации до начала лечения препаратом инклисиран составило 36,4±23,6 (6–71) месяца. Все пациенты принимали базовую иммуносупрессивную терапию:

  • 5 (45,4%) – Tak+MMF+ГКС;
  • 3 (27,3%) – Tak+mTOR+ГКС;
  • 2 (18,2%) – CyA+mTOR+ГКС
  • 1 (9,1%) – Tak+mTOR.

Восемь пациентов находились под медицинским наблюдением в Центре хирургии и трансплантологии ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России и 3 пациента – в Научно-практическом центре нефрологии и патологии трансплантированной почки ГБУЗ «ГКБ № 52» ДЗМ.

У всех 11 пациентов был применен препарат инклисиран (Сибрава 284 мг/1,5 мл) в виде п/к инъекции в область живота в следующие сроки лечения: 1-й и 90-й дни.

Временные точки: перед 1-й инъекцией (0 день) – 1-я точка, через 30 дней после 1-й инъекции – 2-я точка, перед 2-й инъекцией (90 дней) – 3-я точка и через месяц после 2-й инъекции (120-й день) – 4-я точка.

Во временных точках выполняли:

  • сбор жалоб, общий осмотр пациента;
  • биохимический анализ крови: креатинин, аланинаминотрансфераза (АЛТ), аспартатаминотрансфераза (АСТ);
  • липидный профиль: ЛПНП, ЛПВП, ТГ;
  • определение концентрации иммуносупрессивных препаратов (такролимус, циклоспорин, сертикан) в крови.

Эффективность лечения препаратом инклисиран оценивали на основании изменения уровней ЛПНП, ЛПВП, ТГ в 1–4-й временных точках, а также достижения целевого уровня ЛПНП<1,4 ммоль/л в крови.

Безопасность применения препарата инклисиран пациентами определяли на основании:

  • жалоб, общего осмотра пациента и места инъекции препарата;
  • частоты внеплановых обращений пациентов к врачу (амбулаторный прием или госпитализация) по поводу острого нарушения функции пересаженного органа (данные критерии определяли во 2–4-й точках);
  • результатов расчетной СКФ (Кокрофт-Голт) и уровня АЛТ, АСТ;
  • определения концентрации иммуносупрессивных препаратов: такролимус (Tak) нг/мл, сертикан (mTOR) нг/мл, циклоспорин (CyA) нг/мл, с оценкой их отклонения в абсолютных значениях от целевой концентрации каждого препарата относительно допустимого уровня в соответствии со сроками после трансплантации и их комбинации (табл. 2).

17-1.jpg (119 KB)

В процессе проведения клинического исследования 4 пациента вышли из-под наблюдения по причине неявки на обследование и/или непредоставления результатов лабораторного исследования: 3 пациента не явились на обследование в 3-ю точку и не получили 2-ю инъекцию инклисирана, 1 пациент получил 2-ю инъекцию инклисирана, но не явился через 1 месяц после инъекции на осмотр и не предоставил результата лабораторного контроля – 4-я точка. Таким образом, оценка эффективности и безопасности в 1-й и 2-й точках проводилась для 11 (100%) пациентов, в 3-й – для 8 (72,7%) и в 4-й точке – для 7 (63,6%) пациентов.

Статистический анализ. Количественные признаки описаны при помощи средних и стандартных отклонений, качественные признаки – абсолютных значений и процентных долей.

На первом этапе для оценки значимости динамики биохимических показателей использовались смешанные линейные модели (случайный фактор – пациент, фиксированный фактор – время).

На втором этапе для оценки значимости различий в динамике при разных вариантах терапии (моно/комбинированная) в смешанные линейные модели включали взаимодействие факторов «группа» и «время».

Размер эффекта представлен в виде разницы средних и 95% доверительного интервала (95% ДИ).

Значения р value<0,05 считали статистически значимыми. Анализ проводили в R 4.4.

Результаты

Все пациенты в соответствии с клиническими рекомендациями «Нарушение липидного обмена» (2023) [32] были отнесены к очень высокому риску развития ССЗ на основании SCORE2, а также из-за наличия сочетания иных факторов риска (табл. 3).

Семь (63,6%) пациентов с целью коррекции гиперлипидемии постоянно принимали комбинированную гиполипидемическую терапию: аторвастатин 20–40 мг и эзетимиб 10 мг. Двум (18,2%) пациентам гиполипидемическая терапия ранее была отменена из-за непереносимости статинов и/или эзетимиба (гипертрансаминаземия более чем в 4 раза, миалгия), 2 (18,2%) пациента самостоятельно прекратили прием статинов и эзетимиба сразу после начала лечения инклисираном.

При определении липидного профиля выявлено статистически значимое снижение уровня ЛПНП (рис. 1).

18-1.jpg (133 KB)

Снижение среднего значения уровня ЛПНП в группе пациентов произошло на 53% (с 4,6 до 2,3 ммоль/л) через 30 дней после 1-й инъекции (2-я точка) и достижение минимального среднего значения на 120-й день наблюдения – 2,1 ммоль/л, что соответствовало снижению на 57,1%. Несмотря на значительное снижение уровня ЛПНП в крови, целевого значения <1,4 ммоль/л к 4-й точке достигли 3 (18,2%) пациента.

При исследовании динамики изменения уровня ТГ отмечалось некоторое снижение среднего значения ТГ – с 2,3 ммоль/л в 1-й точке и до 1,8 ммоль/л в 4-й, но динамика снижения уровня ТГ у пациентов была незначимой (p=0,248) (рис. 2).

Средние значения уровня ЛПВП оставались без значительных изменений на протяжении всего периода наблюдения и составляли 1,7–1,9 ммоль/л (p=0,828) (рис. 3).

Так, мы отметили статистически значимое снижение уровня ЛПНП (разница средних 4–1-й точек – 2,4 ммоль/л [95% ДИ: 1,7–3,2; р<0,001]). Динамика уровней ЛПВП и ТГ была статистически незначимой: р=0,828 и р=0,248 соответственно.

У пациентов, находившихся на монотерапии инклисираном (n=4), наблюдали снижение среднего значения уровня ЛПНП с 4,94 ммоль/л в 1-й диагностической точке, 3,7 ммоль/л – во 2-й и 3-й точках, что составило снижение на 25,1% и дальнейшее снижение до 2,7 ммоль/л в 4-й диагностической точке, что показало снижение на 45,3% за весь период наблюдения (120 дней) (рис. 4).

Пациентов, достигших целевого уровня ЛПНП<1,4 ммоль/л, не было.

Семь (63,6%) пациентов, получавших комбинированную гиполипидемическую терапию (статины+эзетимиб+инклисиран), демонстрировали снижение среднего значения уровня ЛПНП на 64,8% (с 4,38 до 1,54 ммоль/л) уже через месяц после 1-й инъекции (2-я точка) и до 1,69 ммоль/л в 4-й точке, что в конечном итоге составило снижение на 61,4% (рис. 4).

В данной группе 3 пациента (№ 1, № 3, № 4) достигли целевого уровня (<1,4 ммоль/л) ЛПНП, 2 из них (№ 1 и № 3) находились на трехкомпонентной иммуносупрессивной терапии: CyA+mTOR+ГКС и 1 пациент (№ 4) принимал Tak+mTOR+ГКС (табл. 2).

Мы отметили значимое влияние вида терапии (моно/комбинированная) на динамику уровня ЛПНП: взаимодействие факторов «вид терапии» и «время» было статистически значимым (рис. 4) и не выявило значимого влияния вида терапии (моно/комбинированная) на динамику уровней ТГ и ЛПВП (рис. 5, 6).

19-1.jpg (149 KB)

При определении концентрации Tak, EVR, а также CyA в крови в 1-й точке у 6 пациентов (из 9, получавших Tak) выявлено изначальное отклонение (повышение) целевой концентрации Tak в крови в среднем на 1,44±0,97 (0,3–2,9) нг/мл относительно допустимого уровня в соответствии со сроками после трансплантации и применяемой схемы иммуносупрессии (рис. 7). Значения концентраций EVR в крови у 7 пациентов и получавших CyA 2 пациентов находились в диапазоне целевого уровня. Несмотря на проводимую коррекцию дозы Tak у 4 пациентов (№ 2, № 4, № 5 и № 6) уровень концентрации Tak в крови сохранялся нестабильным и выше максимально допустимого значения в диагностических точках 2–4. У пациента № 2 концентрация Tak в крови достигла целевого диапазона в 4-й точке.

Во 2-й точке у пациента № 8 выявлено снижение уровня концентрации Tak и EVR в крови ниже минимального допустимого уровня. Среднее значение отклонения целевой концентрации Tak в крови составило 2,82±2,78 (0,8–8,2) нг/мл, EVR – 2 нг/мл.

В 3-й диагностической точке наблюдали повышение уровня концентрации Tak в крови выше целевого значения у пациента № 7 и повышение уровня концентраций CyA и EVR в крови пациента № 1, у которого повышенная концентрация CyA сохранялась и в 4-й диагностической точке на фоне коррекции дозы препарата. В 3-й и 4-й точках среднее значение отклонения целевой концентрации Tak в крови составило 4,0±3,4 (1,3–7,9) и 0,95±0,8 (0,35–1,9) нг/мл соответственно, CyA – 88 и 10 нг/мл соответственно, EVR – 5 нг/мл в 3-й временнόй точке (рис. 7).

Исследование динамики изменения СКФ у пациентов в диагностических точках не выявило значительных изменений (рис. 8). Среднее значение СКФ в 1-й точке составило 53±23,6 (21,5–109) мл/мин, во 2-й – 55,3±27,2 (22,8–109,9), в 3-й и 4-й точках – 57±27,2 (16,5–105,4) и 58±25,7 (27,5–104) мл/мин соответственно (р=508).

20-1.jpg (32 KB)

За период клинического наблюдения динамика АЛТ и АСТ у пациентов (n=11) была статистически незначимой: р=0,273 и р=0,189 для фактора «время», р=0,105 и р=0,147 для взаимодействия факторов «время» и «вид терапии». При этом у 4 (36,4%) пациентов мы отмечали изначально высокий (в 3 и более раз) уровень трансаминаз. Два пациента находились на монотерапии инклисираном, и во 2-й временнόй точке произошла нормализация данных показателей. Два пациента находились на комбинированной терапии, и после инъекции инклисирана дозировка статинов и эзетимиба была уменьшена в 2 раза. У 1 пациента уровни АЛТ и АСТ нормализовались к 4-й точке, у 1 пациента уровни АЛТ и АСТ оставались повышенными в 2 раза.

Пациенты не предъявляли жалоб на ухудшение общего состояния после п/к-инъекции препарата инклисиран и в период между инъекциями, а также не предъявляли жалоб на место инъекции (кожа в области живота). За весь период наблюдения были проведены 2 дополнительные амбулаторные консультации у пациентов № 1 и № 2 (коррекция иммуносупрессивной терапии). Консультаций и госпитализаций из-за возникновения острой дисфункции трансплантированного органа или по причине прогрессирования атеросклеротических ССЗ за весь период наблюдения не было.

Обсуждение

У 80% пациентов после трансплантации почки [23] и у 70% пациентов после трансплантации печени [24] выявляется неконтролируемая дислипидемия, которая является неблагоприятным фактором, ведущим к атеросклеротическим ССЗ. На основании результатов многочисленных исследований, подтверждающих изменения биодоступности и фармакодинамики иммуносупрессивных и гиполипидемических препаратов при их одновременном применении, арсенал гиполипидемических препаратов и их максимальных дозировок ограничен. Поиск и применение инновационных эффективных гиполипидемических препаратов для пациентов с очень высоким риском ССЗ и находящихся на иммуносупрессивной терапии, является актуальной задачей для современной клинической трансплантологии. Результаты применения препарата инклисиран у пациентов после трансплантации почки или печени в мировой литературе представлены в единичных публикациях [37, 41].

В приведенной нами серии клинических наблюдений представлены результаты измерения уровня липидов крови в течение 120 дней при двукратном применении препарата инклисиран у пациентов (n=11) с гиперлипидемией, перенесших ранее трансплантацию почки или печени с очень высоким риском ССЗ и находившихся на комбинированной иммуносупрессивной терапии. Инклисиран применялся в режиме монотерапии и в составе комбинированной гиполипидемической терапии (статины+эзетимиб+инклисиран). Снижение уровня ЛПНП у пациентов, находившихся на комбинированной терапии, составило в среднем 61,4%, что было сопоставимо с ранее представленными результатами клинического исследования III фазы ORION-9, -10, -11, где снижение уровня ЛПНП составило 50–58% [39, 40], но у пациентов, не находившихся на иммуносупрессивной терапии. Lars Ueberdiek в клиническом наблюдении за одним пациентом с трансплантированной почкой после применения инклисирана показал снижение уровня ЛПНП менее 1,4 ммоль/л, что составило более 50% от исходного уровня через 1 год лечения [41]. Это подтверждает эффективность препарата, полученную в нашем клиническом наблюдении. Пациенты, находившиеся на монотерапии инклисираном, показали иные результаты снижения уровня ЛПНП, которые составили в среднем 45,3%. Были выявлены разные временные точки максимального снижения уровня ЛПНП у пациентов, находившихся на комбинированной и монотерапии. Так, максимальное снижение уровня ЛПНП у пациентов, находившихся на комбинированной терапии, мы наблюдали через 30 дней после 1-й инъекции (64,8%), а у пациентов с монотерапией – на 120-й день (45,3%).

Группой российских авторов описано применение инклисирана у пациента с дислипидемией после трансплантации сердца и прогрессией почечной дисфункции в раннем посттрансплантационном периоде до ХБП-С5 и последующим назначением заместительной почечной терапии. После 2 инъекций инклисирана и оценки динамики через 13 месяцев после трансплантации сердца отмечено, что уменьшение объема медикаментозной терапии с метаболизмом через CYP450, привело к улучшению почечной функции и отмене сеансов заместительной почечной терапии [42]. Представление результатов снижения уровня ЛПНП при применении инклисирана происходило на фоне иммуносупрессивной терапии, отличавшейся способностью значительно повышать уровни ЛПНП и ТГ в крови: CyA+mTOR+ГКС, Tak+mTOR+ГКС, и в меньшей степени – Tak+MMF+ГКС.

Несмотря на то, что особенности фармакокинетики и фармакодинамики инклисирана не предполагают взаимодействия с иммуносупрессивными препаратами, изменяя их концентрацию в крови, мы наблюдали значительное повышение уровня концентрации Tak в крови пациента № 2, EVR и CyA у пациента № 1 во 2-й и 3-й временных точках с нормализацией концентрации иммуносупрессивных препаратов в 4-й временнόй точке. Наблюдая колебания концентраций иммуносупрессивных препаратов в крови, мы не выявили значимых изменений функции трансплантированной почки и печени за период всего наблюдения.

С учетом небольшого числа пациентов, включенных в клиническое наблюдение, сроков их наблюдения, связывать выявленные эпизоды изменения концентрации иммуносупрессивных препаратов с применением инклисирана нельзя; данный факт требует дальнейшего изучения. Также нами не выявлено значимого изменения уровней ТГ и ЛПВП на фоне применения инклисирана.

Заключение

Применение инклисирана у реципиентов после трансплантации почки или печени в рамках вторичной или первичной профилактики открывает новые возможности в коррекции гиперхолестеринемии. Инклисиран показал свою эффективность, благоприятный профиль безопасности и переносимости при режиме дозирования, способствующем приверженности пациентов как комбинированной гиполипидемической терапии, так и монотерапии, что имеет большое значение для пациентов с полипрагмазией, а также при неэффективности или непереносимости статинов и эзетимиба.

Выводы

Двукратное применение препарата инклисиран привело к снижению среднего уровня ЛПНП на 57,1% у всех (n=11), находившихся на иммуносупрессивной терапии после трансплантации почки или печени с очень высоким риском ССЗ.

При применении препарата инклисиран в комбинации со статинами и эзетимибом выявлено снижение среднего значения уровня ЛПНП на 61,4% у группы пациентов (n=7), находившихся на иммуносупрессивной терапии после трансплантации почки с очень высоким риском ССЗ.

При применении препарата инклисиран в качестве монотерапии гиперлипидемии выявлено снижение среднего значения уровня ЛПНП на 45,3% у группы пациентов (n=4), находившихся на иммуносупрессивной терапии после трансплантации почки или печени с очень высоким риском ССЗ.

При применении препарата инклисиран не было выявлено побочных эффектов, свидетельствующих о плохой переносимости препарата. Наблюдаемая нестабильная концентрация иммуносупрессивных препаратов в крови у ряда пациентов в разных диагностических точках не повлияла на возникновение дисфункции трансплантированных органов. Данный критерий требует дальнейшего изучения на большем количестве наблюдений.

Список литературы

  1. Black C.K., Termanini K.M., Aguirre O., et al. Solid organ transplantation in the 21st century. Ann. Transl. Med. 2018;6(20):409. Doi: 10.21037/atm.2018.09.68.
  2. Landreneau K., Lee K., Landreneau M.D. Quality of life in patients undergoing hemodialysis and renal transplantation – a meta-analytic review. Nephrol. Nurs. J. 2010;37(1):37–44.
  3. Восканян С. Э., Сюткин В. Е., Сушков А. И. и др. Внепеченочные причины заболеваемости и смертности реципиентов печени в отдаленном посттрансплантационном периоде. Вестник медицинского института «РЕАВИЗ». Реабилитация, Врач и Здоровье. 2023;13(4):134–44. Doi: 10.20340/vmi-rvz.2023.4.TX.1. 
  4. De Luca L., Kalafateli M., Bianchi S., et al. Cardiovascular morbidity and mortality is increased post-liver transplantation even in recipients with no pre-existing risk factors. Liver Int. 2019;39(8):1557–65. Doi: 10.1111/liv.14185.
  5. Agostini C., Buccianti S., Risaliti M., et al. Complications in Post-Liver Transplant Patients. J. Clin. Med. 2023;12(19):6173. Doi: 10.3390/jcm12196173.
  6. Tsai H.I., Liu F.C., Lee C.W., et al. Cardiovascular disease risk in patients receiving organ transplantation: a national cohort study. Transpl. Int. 2017;30(11):1161–71. Doi: 10.1111/tri.13010.
  7. Dutkowski P., De Rougemont O., Müllhaupt B., et al. Current and future trends in liver transplantation in Europe. Gastroenterology. 2010;138(3):802–9.e1–4. Doi: 10.1053/j.gastro.2010.01.030.
  8. Iannuzzo G., Cuomo G., Di Lorenzo A., et al. Dyslipidemia in Transplant Patients: Which Therapy? J. Clin. Med. 2022;11(14):4080. Doi: 10.3390/jcm11144080. 
  9. Gansevoort R.T., Correa-Rotter R., Hemmelgarn B.R., et al. Chronic kidney disease and cardiovascular risk: epidemiology, mechanisms, and prevention. Lancet. 2013;382(9889):339–52. Doi: 10.1016/S0140-6736(13)60595-4.
  10. Mansell H., Stewart S.A., Shoker A. Validity of cardiovascular risk prediction models in kidney transplant recipients. Sci.W. J. 2014;2014:750579. Doi: 10.1155/2014/750579.
  11. Visseren F.L.J., Mach F., Smulders Y.M., et al. 2021 ESC Guidelines on cardiovascular disease prevention in clinical practice 
  12. Devine P.A., Courtney A.E., Maxwell A.P. Cardiovascular risk in renal transplant recipients. J. Nephrol. 2019;32(3):389–99. Doi: 10.1007/s40620-018-0549-4.
  13. Lentine K.L., Brennan D.C., Schnitzler M.A. Incidence and predictors of myocardial infarction after kidney transplantation. J. Am. Soc. Nephrol. 2005;16(2):496–506. Doi: 10.1681/ASN.2004070580.
  14. Methven S., Steenkamp R., Fraser S. UK Renal Registry 19th Annual Report: Chapter 5 Survival and Causes of Death in UK Adult Patients on Renal Replacement Therapy in 2015: National and Centre-specific Analyses. Nephron. 2017;137(Suppl. 1):117–50. Doi: 10.1159/000481367.
  15. Saran R., Robinson B., Abbott K.C., et al. US Renal Data System 2017 Annual Data Report: Epidemiology of Kidney Disease in the United States 
  16. Dawber T.R., Moore F.E., Mann G.V. Coronary heart disease in the Framingham study. Am. J. Public. Health Nations Health. 1957;47(4 Pt. 2):4–24. Doi: 10.2105/ajph.47.4_pt_2.4.
  17. Pan L., Yang Z., Wu Y., et al. The prevalence, awareness, treatment and control of dyslipidemia among adults in China. Atherosclerosis. 2016;248:2–9. Doi: 10.1016/j.atherosclerosis.2016.02.006.
  18. Pinto A.S., Chedid M.F., Guerra L.T., et al. Dietary management for dyslipidemia in liver transplant recipients. Arq. Bras. Cir. Dig. 2016;29(4):246–51. Doi: 10.1590/0102-6720201600040008. 
  19. Wang J., Guo R., Liu S., et al. Molecular mechanisms of FK506-induced hypertension in solid organ transplantation patients. Chin. Med. J. (Engl.). 2014;127(20):3645–50.
  20. Vathsala A., Weinberg R.B., Schoenberg L., et al. Lipid abnormalities in cyclosporine-prednisone-treated renal transplant recipients. Transplantation. 1989;48(1):37–43. Doi: 10.1097/00007890-198907000-00009.
  21. Agarwal A., Prasad G.V. Post-transplant dyslipidemia: Mechanisms, diagnosis and management. World J. Transplant. 2016;6(1):125–34. Doi: 10.5500/wjt.v6.i1.125.
  22. Jurewicz W.A. Immunological and nonimmunological risk factors with tacrolimus and Neoral in renal transplant recipients: an interim report. Transplant. Proc. 1999;31(7A):64S–6. Doi: 10.1016/s0041-1345(99)00798-8.
  23. Markell M.S., Armenti V., Danovitch G., Sumrani N. Hyperlipidemia and glucose intolerance in the post-renal transplant patient. J. Am. Soc. Nephrol. 1994;4(Suppl. 8):S37–47. Doi: 10.1681/ASN.V48s37.
  24. Hüsing A., Kabar I., Schmidt H.H. Lipids in liver transplant recipients. World J. Gastroenterol. 2016;22(12):3315–24. Doi: 10.3748/wjg.v22.i12.3315.
  25. Gitto S., Villa E. Non-Alcoholic Fatty Liver Disease and Metabolic Syndrome after Liver Transplant. Int. J. Mol. Sci. 2016;17(4):490. Published 2016 Apr 2. Doi: 10.3390/ijms17040490.
  26. Клинические рекомендации «Нарушения липидного обмена». 2023-2024-2025 (15.02.2023). Утверждены Минздравом РФ Интернет-ссылка: http://disuria.ru/load/zakonodatelstvo/klinicheskie_rekomendacii_protokoly_lechenija/54.
  27. Authors/Task Force Members; ESC Committee for Practice Guidelines (CPG); ESC National Cardiac Societies. 2019 ESC/EAS guidelines for the management of dyslipidaemias: Lipid modification to reduce cardiovascular risk 
  28. Page R.L., Miller G.G., Lindenfeld J. Drug therapy in the heart transplant recipient: part IV: drug-drug interactions. Circulation. 2005;111(2):230–39. Doi: 10.1161/01.CIR.0000151805.86933.35.
  29. Ballantyne C.M., Corsini A., Davidson M.H., et al. Risk for myopathy with statin therapy in high-risk patients. Arch. Intern. Med. 2003;163(5):553–64. Doi: 10.1001/archinte.163.5.553.
  30. Warden B.A., Duell P.B. Management of dyslipidemia in adult solid organ transplant recipients. J. Clin. Lipidol. 2019;13(2):231–45. Doi: 10.1016/j.jacl.2019.01.011.
  31. Shaw S.M., Chaggar P., Ritchie J., et al. The efficacy and tolerability of ezetimibe in cardiac transplant recipients taking cyclosporin. Transplantation. 2009;87(5):771–75. Doi: 10.1097/TP.0b013e318198d7d0.
  32. Mir O., Poinsignon V., Arnedos M., et al. Pharmacokinetic interaction involving fenofibrate and everolimus. Ann. Oncol. 2015;26(1):248–49. Doi: 10.1093/annonc/mdu492.
  33. Bhatt D.L., Steg P.G., Miller M., et al. Effects of Icosapent Ethyl on Total Ischemic Events: From REDUCE-IT. J. Am. Coll. Cardiol. 2019;73(22):2791–802. Doi: 10.1016/j.jacc.2019.02.032.
  34. Schwartz G.G., Steg P.G., Szarek M., et al. Alirocumab and Cardiovascular Outcomes after Acute Coronary Syndrome. N. Engl. J. Med. 2018;379(22):2097–107. Doi: 10.1056/NEJMoa1801174.
  35. Sabatine M.S., Giugliano R.P., Keech A.C., et al. Evolocumab and Clinical Outcomes in Patients with Cardiovascular Disease. N. Engl. J. Med. 2017;376(18):1713–22. Doi: 10.1056/NEJMoa1615664.
  36. Warden B.A., Kaufman T., Minnier J., et al. Use of PCSK9 Inhibitors in Solid Organ Transplantation Recipients. JACC Case Rep. 2020;2(3):396–99. Published 2020 Feb 12. Doi: 10.1016/j.jaccas.2019.09.026.
  37. Медведева Е.А., Григоренко Е.А., Митьковская Н.П. Инновационная гиполипидемическая терапия: опыт применения инклизирана в Республике Беларусь. Росс. кардиол. журн. 2023;28(4):5417. https://doi.org/10.15829/1560-4071-2023-5417 
  38. Зырянов С.К., Бутранова О.И. Новые возможности снижения уровня холестерина липопротеидов низкой плотности: сравнительные характеристики PCSK9-таргетной терапии. Росс. кардиол. журн. 2022;27(11):5271. https://doi.org/10.15829/1560-4071-2022-5271. 
  39. Raal F.J., Kallend D., Ray K.K., et al. Inclisiran for the Treatment of Heterozygous Familial Hypercholesterolemia. N. Engl. J. Med. 2020;382(16):1520–30. Doi: 10.1056/NEJMoa1913805.
  40. Ray K.K., Wright R.S., Kallend D., et al. Two Phase 3 Trials of Inclisiran in Patients with Elevated LDL Cholesterol. N. Engl. J. Med. 2020;382(16):1507–19. Doi: 10.1056/NEJMoa1912387.
  41. Ueberdiek L., Jehn U., Pavenstädt H., et al. Novel Therapeutic Strategies for Dyslipidemia: First Report of Inclisiran Therapy in a Kidney Transplanted Patient. Transpl. Int. 2023;36:11104. Doi: 10.3389/ti.2023.11104. Erratum in: Transpl. Int. 2023;36:11313. 
  42. Симоненко М.А., Алиева А.С., Ситникова М.Ю., Федотов П.А. Первый опыт в Российской Федерации лечения дислипидемии препаратами миРНК у пациентов после трансплантации сердца. Росс. кардиол. журн. 2024;29(1):5747. https://doi.org/10.15829/1560-4071-2024-5747. EDN: ISMANC. 

Об авторах / Для корреспонденции

Кордонова Ольга Олеговна – врач-терапевт хирургического отделения № 2 Центра хирургии и трансплантологии ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна
ФМБА России. Адрес: 123098 Москва, ул. Маршала Новикова, 23. ORCID: https://orcid.org/0009-0003-9173-4535
Губарев Константин Константинович – д.м.н., заведующий хирургическим отделением координации донорства органов и (или) тканей человека ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА России. Адрес: 123098 Москва, ул. Маршала Новикова, 23; e-mail: kkgubarev@gmail.com. ORCID: https://orcid.org/0000-0001-9006-163X
Фролова Надия Фяатовна – к.м.н., доцент кафедры нефрологии факультета дополнительного профессионального образования ФГБОУ ВО МГМСУ
им. А.И. Евдокимова Минздрава РФ, заместитель главного врача по нефрологии ГБУЗ «ГКБ № 52» ДЗМ. https://orcid.org/0000-0002-6086-5220
Светлакова Дарья Сергеевна – мл. науч. сотр. лаборатории новых хирургических технологий, врач-хирург хирургического отделения по координации донорства органов и (или) тканей человека ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА РФ. Адрес: 123098 Москва, ул. Маршала Новикова, 23. ORCID:
https://orcid.org/0000-0002-2274-6204
Восканян Сергей Эдуардович – д.м.н., профессор, член-корр. РАН, заместитель главного врача по хирургической помощи, руководитель Центра хирургии и трансплантологии ФГБУ ГНЦ ФМБЦ им. А.И. Бурназяна ФМБА РФ. Адрес: 123098 Москва, ул. Маршала Новикова, д. 23. ORCID: https://orcid.org/0000-0001-5691-5398
Артюхина Людмила Юрьевна – к.м.н., заведующая нефрологическим отделением № 1 ГБУЗ «ГКБ № 52» ДЗМ, Москва, Россия; https://orcid.org/0000-0003-3353-1636

Также по теме